Газета выпускается Пресс-клубом РАМТа



Человек разумный и политический

Размышления о спектакле Алексея Бородина «Демократия»

22.12.2018

Политика – дело серьезное. И всю свою серьезность она привносит туда, где оказывается. Например, на сцене РАМТа.

Спектакль «Демократия» по пьесе Майкла Фрейна можно с полной уверенностью назвать политическим. И правда: все герои – реальные государственные деятели, почти все ситуации – действительно происходили, все проблемы – по-настоящему остро чувствовались обществом. Политическая элита ФРГ и сам канцлер на самом деле приютили в своем лагере шпиона, который серьезно способствовал смещению того самого канцлера с поста и той самой элиты с нагретого государственного места. Политика, политика и еще раз политика! Но разве ей место в театре? Определенно – да, потому что здесь политика предстает в своем первоначальном контексте. Первым местом, где искусство управления государством могло возникнуть, была общественная среда. Она, в свою очередь, формировалась из людей, которые обнаружили в себе главное – потребность в общении.  Итого получаем: политика сформировалась в условиях тесного человеческого общения – и именно как аспект человеческого она представлена в «Демократии».

Поэтому для того, чтобы прочувствовать спектакль, не нужно знать политический контекст ФРГ 1960-80-х. Необязательно быть политологом. Не нужно также быть историком, или конфликтологом, или журналистом-международником. Необязательно знать, что произошло с Германией после Второй мировой, почему она разделилась и почему ее части-государства враждовали между собой. Можно совершенно не понимать, как шпиону Гюнтеру Гийому (Петр Красилов) удалось так близко подобраться к канцлеру Вилли Брандту (Илья Исаев) и наделать такого шума в его партии, полной противоречивых личностей. Герберт Венер, Гельмут Шмидт, Гюнтер Ноллау. Позволительно даже никогда в жизни не слышать всех этих имен! Достаточно лишь знать, что все они – люди, и ничто человеческое им не чуждо. 

У всех за спиной – темное прошлое, следы которого каждый пытается ретушировать по-своему. Из скелетов в шкафу членов Социал-демократической партии Германии можно собрать склеп. Венер (Олег Зима) имеет старых друзей во враждебной Восточной Германии, Ноллау (Алексей Маслов) постоянно припоминает якобы не совершенное им убийство, Шмидт (Алексей Веселкин) – бывший сторонник Гитлера. Глава партии Вилли Брандт эмигрировал из Германии, когда нацисты пришли к власти, и лишения и ужасы военных лет переживал в европейских странах, скрываясь и прячась от всех. Практически каждому персонажу можно попенять на их темное прошлое, но они все равно живут и пытаются продолжить политическую карьеру, ища свое место под двойственным солнцем послевоенной Германии.

Но главная идея спектакля – его коренной конфликт – совсем не в том, как шпион из ГДР Гюнтер Гийом сумел способствовать смещению канцлера ФРГ Вилли Брандта. «Демократия» – история о том, как два человека сумели довериться друг другу. Как терзаемый мыслями о мнимом предательстве родины бывший эмигрант (ныне – канцлер) сумел поверить харизматичному, не совсем удачливому в личной жизни фотографу (ныне – шпиону). Про то, как один человек, воспитываемый без отца, встретил другого, с точно такой же семейной проблемой.

«Два ребенка без отцов бродят по свету в поиске...», – декламирует канцлер в разговоре со шпионом. В поиске чего? В поиске друг друга.

«Мы должны доверять друг другу: по-другому жить нельзя», – говорит Гийом Вилли Брандту в тяжелой, двусмысленной беседе. Даже в политике? Даже в ней.

«Моя тень по-прежнему следует за ним – мы всегда вместе», – завершает свою последнюю речь смертельно больной шпион, раскрытый и отсидевший за государственное преступление. Почему вместе? Потому что раздельно люди не существуют. Даже великие политики. Ни в каком государстве, ни при каких правителях, ни при каком тоталитаризме и ни при какой демократии. А при этой «Демократии» – и подавно.                                              

Борис Поженин

Фотографии Сергея Петрова

 

  • Facebook
  • ВКонтакте
наверх